December 3rd, 2018

Проверить разумом: «участие иностранцев в Гражданской войне на стороне Красной армии»

Факт-чек хорошо, но иногда достаточно обычной логики. Сегодня разберем два случайных произведения, обращаясь только с самим произведением, не ссылаясь на внешние источники и не разбираясь в предмете.

Произведение-2: Чужие. Латыши и китайцы в Гражданской войне на стороне Красной армии, Евгений Норин на Спутник-и-погроме (перепечатка без картинок и без роскомнадзора).

Хотя в заголовок статьи вынесено одно слово — ЧУЖИЕ, у автора хватает осторожности не сравнивать интернациональные бригады РККА с интервентами. Будем исходить из того, что перечисленные в статье события и факты не вызывают сомнений. Вместо этого попробуем логически разобрать оценочное суждение, которое автор выделяет в главный посыл статьи — насколько же действительно рассматриваемые боевые отряды — сторонники РККА, являлись чужими.

Пара характерных абзацев из введения и заключения:

Тема участия иностранцев в Гражданской войне на стороне Красной армии в СССР не относилась к замалчиваемым. [...] Составить полный перечень иностранных вооруженных формирований в рядах РККА и ЧК здесь невозможно [...] Поэтому речь здесь будет идти о многочисленных группах интернационалистов: латышах и китайцах.
[...]
Иностранцы в составе РККА и советских органов госбезопасности сыграли заметную роль в ходе и исходе войны. С точки зрения большевиков, использование иностранных воинских контингентов было глубоко логичным. Интернационализм был для красных не просто декларацией, но вполне действующим принципом.


Как видим, автор достаточно вольно обращается с понятиями интернационалист, иностранец, иностранное вооруженное формирование по отношению к разбираемым в статье боевым отрядам, используя их как взаимозаменяемые синонимы.

Чтобы оперировать понятиями, хорошо разобраться с определениями. В качестве достаточно авторитетной отправной точки возьмем словарь Ожегова.

ИНОСТРАНЕЦ - Гражданин какой-н. страны по отношению к другой стране
ИНОСТРАННЫЙ - Относящийся к другой стране

Здесь все понятно. Если речь идет о человеке, то чтобы он был иностранцем, он должен быть гражданином (или подданным) другого государства (возможно, было бы еще логично добавить — сейчас это стало актуально, не быть гражданином текущей страны а вот нечего добавлять, получил двойное гражданство — будь везде иностранец :)). Если речь идет не о человеке, а о вооруженном формировании, вооруженное формирование как таковое, а не его отдельные участники, должно иметь отношение к другой стране (здесь для "иметь отношение" возможны трактовки, но, думаю, вполне логично выглядят условия: состоять из ее граждан, находиться под влиянием правительства, действовать в его интересах).

С интернационализмом так легко не получится, у Ожегова:

НАЦИЯ - Исторически сложившаяся устойчивая общность людей, образующаяся в процессе формирования общности их территории, экономических связей, литературного языка, особенностей культуры и духовного облика.
НАЦИОНАЛЬНЫЙ 1. см. нация. 2. Характерный для данной нации, свойственный именно ей.
НАРОДНОСТЬ 1. см. народный. 2. Общность людей, исторически сложившаяся в процессе разложения племенных отношений на базе единства языка и территории и развивающейся общности экономической жизни и культуры.
НАЦИОНАЛЬНОСТЬ 1. см. национальный. 2. В нек-рых сочетаниях: тоже, что нация. 3. Принадлежность к какой-н. нации, народности. По национальности украинец.
ЭТНОС Исторически сложившаяся этническая общность — племя, народность, нация.
ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫЙ - то же, что международный

Нация, этнос, народность, национальность — четкие границы провести сложно (если вообще возможно), определения перетекают одно в другое, ссылаются друг на друга. Чуть лучше (но не сильно) статья в БСЭ.

Точнее, с определением нации, в общем, понятно — если люди живут на одной территории, вписаны в общую экономику, читают одни книжки, разговаривают на одном языке, то они относятся к одной нации независимо от разреза глаз и цвета кожи, можно говорить о том, что они друг другу не чужие. Национальность может означать примерно то же самое, только с уклоном в историчность принадлежности и локальность территории (отцы и деды здесь жили); цвет кожи и разрез глаз могут служить дополнительными внешними признаками национальности (много поколений жили), но не факторами ее определения.


Китайцы

Русское правительство нуждалось в рабочих руках, чтобы заменить ушедших на фронт мужчин, поэтому людей старались привлечь буквально отовсюду. В течение мировой войны в Российскую империю легально въехали, по разным данным, 150-200 тысяч китайских рабочих (кроме них, на территории империи имелось достаточно много нелегалов, сколько точно, установить невозможно). Даже урезанная по сравнению с русскими работниками заработная плата была, с точки зрения нищих китайцев, вовсе не плохой, тем паче, что русский рубль был на тот момент крепкой валютой.
[...]
Китайский дипломат сообщал о мотивации некоторых из этих рабочих: «Секретарь Ли пригласил завербованных в армию рабочих в посольство и откровенно поговорил с ними. Они разрыдались и сказали: „Разве можно забыть свою родину? Но в России очень трудно найти работу, а у нас нет денег на обратный путь. Мы не можем свести концы с концами, потому и записались в солдаты“».
[...]
Китайское правительство беспокоило происходящее на северо-восточных рубежах страны. В Пекине опасались, что волна революции может легко выплеснуться из России и затопить сам Китай. [...] Однако фактически китайцы могли принять только самые простые меры вроде усиления полицейского контроля.


Здесь, во-первых, отметим, что значительная часть китайцев находилась на территории Российской империи вполне легально в качестве дешевой рабочей силы, которой местному правительству было удобно подменить отправленных в мясорубку Первой мировой войны этнических русских мужиков. Т.е. общность территории (для тех, кто собрался задержаться надолго) и вписанность в экономические отношения (для всех, кто трудился) из определения нации для них выполнена, значит они уже не вполне чужие, хотя условия общности культуры, литературного языка и духовного облика в первом поколении трудовых иммигрантов выполнить совсем нелегко. В любом случае, сохранявших подданство (или гражданство) Китая участников китайских боевых формирований вполне корректно называть иностранцами. Но являются ли сами формирования (хотя бы и на 100% состоящие из китайцев-иностранцев) иностранными, т.е. относящимися к другому государству? Судя уже только по действиям и отношению к происходящему китайского правительства (оно их не контролировало, не поддерживало и вообще опасалось), очевидно, нет.


Латыши

Латышские национальные подразделения были образованы еще в Российской империи в ходе Великой войны. [...] В ходе войны сложился мощный латышский контингент почти в 40 тысяч штыков на фронте и еще более 10 тысяч солдат в запасных частях. [...] Рост числа коммунистов в латышских войсках можно смело назвать взрывным [...] Офицеры и солдаты, стоявшие на консервативных позициях, вытеснялись из частей, так что довольно быстро латышские стрелки стали достаточно монолитным формированием, безусловно поддерживающим большевиков.

Как видим, даже из приведенного текста можно понять, что латышские подразделения можно назвать национальными только в смысле народности или этноса. Не только определение иностранный не применимо к латышским частям, но и определение иностранец не применимо к самим латышам, т.к. никакой страны Латвия на тот момент вообще не было. Таким образом, латыши на Гражданской войне были не более чужими, чем любые другие народности, населявшие бывшую Российскую империю, трещавшую по швам. А если немного нарушить исходное правило и обратиться за дополнительной справкой, то можно увидеть, что это было справедливо значительную часть Гражданской войны — как минимум до 22 декабря 1918 года, когда СНК РСФСР издал декрет о признании независимости Советской Латвии, а после этой даты они были чужими настолько же, насколько были чужими друг другу советские республики до образования СССР.