August 20th, 2018

Модульные тесты для проектов Ардуино

Запилил руководство к побочному проекту (порт библиотеки для модульных тестов на Си/С++ на API Ардуино): https://github.com/sadr0b0t/sput-ino

Модульные тесты для проектов Ардуино: https://habr.com/post/419445/

По результату получился эталонный срач на 170 коментов (для меня, кажется, это рекорд, на хабре точно) СТМ vs Ардуина (про тесты почти ничего не говорили), спасибо Олегу Артамонову, без него бы ничего не получилось.

На следующий день товарищ Артамонов запилил свою статью про СТМ-ардуину (mbed) с более лучшим текстовым редактором (IDE!), более лучшим HAL, таймерами (в официальной поставке!) и без бесконечного цикла (пожалуй, за это можно правда зацепиться): Быстрый старт с ARM Mbed: разработка на современных микроконтроллерах для начинающих

Весь срач переехал туда (и быстро переплюнул мой по количеству коментов), по результату топик-стартера забанили на несколько дней.

автапати раз, автапати два

еще
https://www.facebook.com/yuri.panchul/posts/10156861305488392
еще
https://www.facebook.com/olartam/posts/2018738911509522
еще
https://mbr.livejournal.com/540016.html

«Серьезные» разработчики встраиваемых систем (читай: стмщики) время от времени любят шпынять голозадых «ардуинщиков», у которых среда разработки, помимо всего прочего, не поддерживает даже аппаратные отладчики с точками останова и просмотром значений переменных под курсором мышки или в специальной табличке в реальном времени. Что ж, обвинение вполне справедливо, окошко Монитора последовательного порта (Serial Monitor) плюс Serial.println — не самый лучший инструмент отладки. Однако грамотный ардуинщик сможет с легкостью парировать атаку и поставить зарвавшегося стмщика на место в том случае, если он (ардуинщик) использует модульные тесты.

Кому лень идти на Хабру, традиционно, все под катом (все равно все не умещается, поэтому режу где придется). Но за форматирование не ручаюсь, подсветку тоже восстанавливать лень.

Collapse )

О сверхзадачах человечества

– У меня есть один знакомый, – сказал Эдик. – Он утверждает, будто человек – это только промежуточное звено, необходимое природе для создания венца творения: рюмки коньяка с ломтиком лимона.

А. и Б. Стругацкие, «Понедельник начинается в субботу», 1964
https://www.e-reading.club/chapter.php/55060/18/Strugackiii_1_Ponedel%27nik_nachinaetsya_v_subbotu.html

Татарскому вдруг пришла в голову возможная рекламная концепция для мухоморов. Она основывалась на смелой догадке, что высшей формой самореализации мухомора как гриба является атомный взрыв – нечто вроде светящегося нематериального тела, которое обретают некоторые продвинутые мистики. А люди – просто вспомогательная форма жизни, которую мухомор использует для достижения своей высшей цели, подобно тому как люди используют плесень для приготовления сыра. Татарский поднял глаза на оранжевые стрелы заката, и поток его мыслей прервался.

Виктор Пелевин, Generation «П», 1999

будем считать, что это отсылка

Как я перестал бояться ГМО и полюбил науку

На Планете было около ста тысяч скотоводческих ферм. Были фермы, разводившие коров, были фермы, разводившие свиней, были фермы, разводившие слонов, антилоп, коз, лам, овец. В среднем течении Нила работали две фермы, где пытались разводить гиппопотамов.
На Планете было около двухсот тысяч зерновых ферм. Там выращивали рожь, пшеницу, кукурузу, гречу, просо, маис, рис, гаолян. Были фермы специализированные, как ферма «Волга-Единорог», и широкого профиля. Все вместе они составляли основу изобилия – гигантский, предельно автоматизированный комбинат, производящий продукты питания, – все, начиная от свинины и картофеля и кончая устрицами и манго. Никакие стихийные бедствия, никакие катастрофы не грозили теперь Планете недородом и голодом. Раз и навсегда установившаяся система изобильного производства поддерживалась совершенно автоматически и развивалась столь стремительно, что приходилось принимать специальные меры против перепроизводства. Проблема питания перестала существовать так же, как никогда не существовала проблема дыхания.
[...]
В стаде «Волга-Единорог» было около шестидесяти тысяч голов. Полю очень понравилась полная автономность стада – с утра и до утра всех коров вместе и каждую в отдельности обслуживали исключительно киберы и ветавтоматы. Стадо же, в свою очередь, с утра и до утра обслуживало перерабатывающий комбинат Линии Доставки, с одной стороны, и непрерывно растущие научные потребности скотоводов – с другой. Например, можно было связаться с диспетчерской и потребовать у дежурного пастуха корову семисот двадцати двух дней от роду, такой-то масти и с такими-то параметрами, ведущую род от племенного быка Миколая 2-го. Через полчаса названное животное в сопровождении заляпанного навозом кибера будет ждать вас в приемном боксе, скажем, генетической лаборатории.
[...]
Кстати, именно лаборатория генетики занималась самыми сумасшедшими экспериментами и служила постоянным источником некоторых трений между фермой и перерабатывающим комбинатом – работники комбината, скромные и свирепые стражи мировой гастрономии, приходили в неистовство, обнаруживая в очередной партии коров чудовищную скотину, по виду и, главное, по вкусу больше всего напоминающую тихоокеанского краба. На ферму немедленно прибывал представитель комбината. Он сразу же шел в лабораторию генетики и требовал «автора этой неаппетитной шутки». В качестве авторов неизменно откликались все сто восемьдесят сотрудников лаборатории генетики (не считая школьников-практикантов). Представитель комбината сдержанно напоминал, что ферма и комбинат предназначены для бесперебойного снабжения Линии Доставки говядиной во всех видах, а не лягушечьими лапками и не консервированными медузами. Сто восемьдесят прогрессивно настроенных генетиков в один голос возражали против такого узкого подхода к проблеме снабжения. Им, генетикам, кажется странным, что такой опытный и знающий работник, как имярек, придерживается столь консервативных взглядов и не придает никакого значения рекламе, которая, как известно, для того и существует, чтобы изменять и совершенствовать вкусы населения. Представитель комбината напоминал, что ни один новый пищевой продукт не может быть запущен в распределительную сеть без апробации Академии Здравоохранения. (Выкрики из толпы генетиков: «Консерваторы от пищеварения!», «Общество друзей аппендикса!») Представитель комбината разводил руками и всем своим видом показывал, что ничем не может помочь. Выкрики переходили в глухое ворчание и вскоре замолкали: авторитет Академии Здравоохранения был громаден. Затем представителя комбината вели по лабораториям, чтобы показать «кое-что новенькое». Представитель комбината бледнел, отшатывался и требовал клятвы, что «все это» совершенно несъедобно. В ответ ему давали на дегустацию мясо, которое не требовало специй, мясо, которое не нужно было солить, мясо, которое таяло во рту, как мороженое, спецмясо для космонавтов и ядерных техников, спецмясо для будущих матерей и даже мясо, которое можно было есть сырым. Представитель комбината дегустировал, восхищенно кричал: «Вот это хорошо! Вот это славно!» – и требовал клятвы, что «все это» выйдет из области эксперимента уже в следующем году. Совершенно успокоившись, он прощался и уезжал, а через месяц все начиналось сначала.
[...]
Задумавшись, Поль налетел на двухголового теленка. Теленок шарахнулся в сторону и уставился на Поля обеими парами глаз. Затем он потянулся левой головой к траве под ногами, а правой – к ветке сирени, нависшей над дорогой. Тут его хлестнули хворостиной, и он, брыкаясь, побежал дальше. Двухголового теленка погоняла очень симпатичная загорелая девушка в цветастом сарафане и в соломенной шляпке набекрень.


А. и Б. Стругацкие, «Полдень, XXII век» (глава «Томление духа»), 1961
https://www.e-reading.club/chapter.php/55058/13/Strugackiii_-_Polden%27%2C_XXII_vek.html

мням-мням